Как спор с кредиторами Приватбанка перетекает в Киев и при чем тут Коломойский. Банки,

4



Кассационный хозсуд приостановил разбирательство по иску компании THEO Worldwide – панамского держателя еврооблигаций Привата.

Звучит, как очередная малопонятная сводка из сотен судебных баталий вокруг госбанка, но история THEO особенная. В то время, как другие иностранные кредиторы Привата, которым он не платит с момента национализации, судятся с банком в Лондоне, “панамцы” решили добиться справедливости в Украине.

В украинских судах на разных стадиях находится еще два похожих дела. Имеют ли они право рассматривать споры вокруг ценных бумаг, выпущенных в британской юрисдикции – большой вопрос.

Ответ на него может повлиять на судьбу спора на полмиллиарда долларов.

Предыстория: кто судится и в чем суть

Конфликт между ПриватБанком и его международными кредиторами длится с начала 2017 года.

Повод создали авторы национализации Привата: в первые дни после перехода банка в госсобственность (когда им управляла временная администрация Фонда гарантирования вкладов), в его капитал принудительно конвертировали долги перед кредиторами, клиентами и вкладчиками, которых НБУ посчитал связанными с экс-акционерами – Игорем Коломойским и Геннадием Боголюбовым.

Как Приват “обидел” кредиторов

Списание средств в капитал или, так называемый, bail-in, затронул обязательства ПриватБанка почти на $1 млрд. Банк много судился на этой почве. Часть конвертированных денег, например, 1 млрд грн семьи Григория и Игоря Суркисов, ему пришлось вернуть.

В список попали и держатели евробондов, которые банк выпускал до национализации. Приват решил отказаться от этих обязательств, поскольку посчитал, что после того, как государство докапитализировало банк на 150+ млрд грн, он не должен возвращать коммерческие долги, полученные при Коломойском, объясняла логику конвертации экс-глава НБУ Валерия Гонтарева. (Неназываемой причиной, могло быть обстоятельство, что часть еврооблигаций Привата были в свое время выкуплены структурами близкими к акционерам. Фирмам Коломойского-Боголюбова может принадлежать 40-60% всех бондов, писала Экономическая правда). 

Общая сумма обязательств Привата перед бондхолдерами – $555 млн. Банк должен был погасить облигации на $335 млн в январе и феврале 2018 года. Погашение бондов еще на $220 млн предполагалось в 2021-м.

В конце 2017 года держатели бумаг первых двух выпусков еврооблигаций на сумму $335 млн обратились в Лондонский арбитраж. Часть кредиторов тогда же подала иски в украинские суды. Кто эти инвесторы – неизвестно. Но уже 13 августа мы это, скорее всего, узнаем.

Британский процесс близок к завершению, суд может вынести решение осенью. Ситуация в украинских судах пока не столь очевидна. Сейчас идут слушания по искам трех бондхолдеров:

THEO Worldwide (Панама). Требует $663 000. Дело рассматривается в Кассационном хозсуде, но приостановлено: Большая палата Верховного суда должна решить, какой юрисдикции (хозяйственной или административной) подлежит разбирательство. Ближайшее заседание по делу: Большая палата ВСУ, конец августа.

Pointex Sale (Великобритания). Требует $80 млн. Из-за технических апелляций, рассмотрение дела по существу зависло в Хозсуде Киева.

Ansalia Corporation (Британские Виргинские Острова). Пока не предъявляла имущественных претензий. По данным двух собеседников LIGA.net, знакомых с материалами дела, компания владела бумагами на $700 тыс. Ближайшее заседание: Хозсуд Киева, 21 января 2020 года.

Почему британская сделка оказалась в украинском суде: версии сторон

Что все это значит и в чем коллизия этого спора? Ответ – в структуре самой сделки по выпуску еврооблигаций Привата. Она очень сложная.

Как иностранные посредники запутали дело евробондов Привата

Привлекая деньги на международных рынках капитала, украинские компании делают это не напрямую. Выпуск облигаций номинально происходит от имени специально созданной иностранной компании – SPV (special purpose vehicle).

В случае с Приватом, эту функцию выполняет британская UK SPV Credit Finance plc, которая принадлежит самому банку. SPV выпустила облигации, Приват в свою очередь заключил с ней несколько кредитных договоров и таким образом получил деньги. Не от бондхолдеров, а от своей же “дочки”. Возврат инвестиции гарантирует британское право, поэтому, как правило, такие операции проходят в Англии или Ирландии.

В сделке есть еще один ключевой посредник – так называемый трасти. Это компания, которая выступает номинальным держателем всех еврооблигаций одного эмитента. Право распоряжаться бумагами ей делегируют сами бондхолдеры – им так удобнее, поскольку это, во-первых, сохраняет анонимность (даже трасти неизвестны их имена), и, во-вторых, “суммирует” интересы всех держателей бумаг вне зависимости от объемов их кредиторских требований.

На практике это означает, что именно трасти имеет право отстаивать интересы бенефициаров евробондов. Они только получают проценты со своей инвестиции.

Изначально сделку по еврооблигациям ПриватБанка обслуживала компания Deutsche Trustee Company Ltd, но из-за пассивной позиции бондхолдеры осенью 2017 года заменили ее на Madison Pacific Trust, которая сразу же подала иск в Лондонский арбитраж.

Пока в этом деле есть три спорных момента:

— Имеют ли право бондхолдеры напрямую судиться с ПриватБанком (а не через трасти);
— на каком основании кредиторы предъявляют банку претензии, если они формально не владеют облигациями;
— должны ли такие дела рассматриваться в украинских судах (главное).

LIGA.net поговорила с обеими сторонами дела. Каждая из них апеллирует к разным аспектам: если истцы пытаются оспорить один из технических нюансов операции bail-in, то ответчики указывают на то, что дело относится исключительно к юрисдикции британского права.

“Суды вообще не знают, действительно ли эти истцы владеют ценными бумагами – у них просто нет и не может быть доказательств этому, – отметил в разговоре с LIGA.net представитель стороны государства в одном из процессов. –  Бумагами распоряжается Madison Pacific Trust, они выпущены в Лондоне. Украинский суд в принципе не должен принимать подобный иск”.

Но именно сложная структура сделки с евробондами позволила истцам найти лазейку, которая открыла им путь к украинскому правосудию. После национализации ПриватБанка акции UK SPV Credit Finance plc также были переданы в собственность государству. Но это не все: 20 декабря, когда происходила операция bail-in, SPV заключила с с Приватом договор, при котором обменяла принадлежащие ей права требования по кредитным договорам (напомним, их банк и его “дочка” заключили при выпуске евробондов) на 14,6 млрд грн (как раз около $550 млн), а в замен получила акции банка, рассказал LIGA.net адвокат одной из компаний-истцов.

На тот момент акции стоили одну гривню – за такую цену Минфин выкупил банк у Фонда гарантирования. “Таким образом Приват стал собственником своего же долга, а SPV фактически объявила бондхолдерам, что деньги, которые они вложили в евробонды, обесценились до одной гривни, – отметил собеседник LIGA.net. – Мы оспариваем именно этот обмен. Поскольку он состоялся на территории Украины – обратились в украинский суд”.

Адвокаты ответчиков настаивают, что даже по такой логике дело должно слушаться в Англии и от имени трасти Madison Pacific Trust – единственного официального лица, которое имеет право представлять интересы бондхолдеров. “Даже в Англии сейчас пытаются выяснить, кто эти бондхолдеры, зато наши суды уже приняли несколько решений в их пользу. Хотя, возможно, это просто самозванцы”, – сетует собеседник LIGA.net со стороны государства.

Интересы ПриватБанка в этих процессах представляет фирма Asters, которая также участвует в процессах об оспаривании национализации банка Игорем Коломойским. THEO Worldwide работает с Василь Кисиль и Партнеры, Ansalia Corp – с юрфирмой Suprema Lex.

Коломойский готовит иски?

Пока ни один из бондхолдеров не смог дойти до окончательной победы – ни в Великобритании, ни в Украине. Самый успешный “украинский” истец – THEO пока в двух инстанциях добилась только отмены декабрьской сделки между ПриватБанком и UK SPV Credit Finance plc, во взыскании с банка “живых” денег ей пока отказали.

Но сами суммы претензий к ПриватБанку имеют второстепенное значение. Главное – в зависимости от результата лондонского процесса, некоторые бондхолдеры Привата могут использовать опыт THEO Worldwide и повторно обратиться в суд — уже в Украине.

В конце июля Лондонский арбитраж согласился, что Привату, вероятно, все же придется погасить долг перед кредиторами, но есть условие – те должны до 13 августа раскрыть свои имена. Дальше возможны варианты – деньги могут получить только компании, которые признают не связанными с Коломойским, предполагали опрошенные LIGA.net аналитики и юристы.

Окончательного решения по этому делу нет, собеседники LIGA.net среди представителей Привата в Лондонском процессе не взялись прогнозировать сроки окончания, источник в руководстве банка сказал, что ожидает развязки осенью.

“То, что Лондонский арбитраж предписал трасти выяснить “личности” держателей евробондов Привата – это скорее победа банка, чем поражение, – отметил в разговоре с LIGA.net собеседник близкий к участникам британского процесса. – Решения о выплатах еще нет, зато банк узнает, кто связан с Коломойским, а кто – нет”.

Вообще не платить Приват сможет только, если банк Англии признает операцию bail-in как таковую, когда это будет – неизвестно, говорить собеседник LIGA.net. Но даже при полной победе в Лондоне, говорить об окончательном успехе банк не сможет – у кредиторов останется вариант с украинскими судами.





Ссылка на сайт